- Голубые разряды вырвались из ствола,
одновременно несколько слуг храма повалились на
пол. Кто-то метнул тяжелое копье, но расстояние
было еще велико и орудие, царапая камень, упало у
ног Грачева. Отступив за выступ пилястры, он
холодно и методично проредил первые ряды
нападавших. Через минуту более трех десятков
скрюченных тел осталось лежать между гранитных
постаментов. Остальных, при виде молний, разящих,
словно стрелы Цио, падающих с искаженными лицами
товарищей, обуял суеверный страх.
- Теперь Грачева беспокоило лишь одно:
расторопные стражи святого Дома могли обойти их
и снова занять место у выхода, которое он
предусмотрительно зачистил еще раньше. Держа
оружие наготове, он вырвался вперед и побежал к
двери. В смежных проходах тоже слышался топот и
вскрики, казалось, взбудоражен весь Дом Атта.
- Эги, да и пришедший в чувство мореход, сразу
уяснили, что в руках этого человека
сосредоточена неведомая сила, пока берегущая их
и, возможно, способная вывести отсюда
невредимыми. Оба аттлийца безропотно
подчинились ему. Едва они достигли выхода, Андрей
с успокоением увидел, что крепкая эбеновая дверь
приоткрыта, а на полу недвижимо лежат четыре
тела. Они выбежали наружу и скрылись в зарослях
храмовой рощи.
- Когда они перелезли через изгородь и вышли
на тихую улочку, прошло довольно много времени;
люди с факелами, бросившиеся на поиски, уже
возвращались назад; Верхний храм и окрестности
священного холма погружались в привычный покой.
Не обмолвившись ни словом, переживая каждый свою
долю приключения, они спустились до колоннады
возле маленькой площади. Здесь была обычная,
тихая в поздний час Аттла. За плоскими крышами
соседних домов вырисовывались силуэты скульптур
у Ступеней. Рядом, в теплом ветре шелестели
длинные листы атталей, то беззвучно вздрагивали
крылья сов. Остановившись у мраморной чаши
источника, Эвис только сейчас подумала,
насколько непригляден должен был быть ее вид. Она
опустилась на парапет, умыла лицо и кое-как
убрала волосы. Раны чуть выше виска и на плече уже
не кровоточили, только неприятно лип к телу
впитавший кровь хитон.
- - Вырваться из объятий самого Атта! Не правда
ли, забавно?! - произнесла она и, глядя на свое
отражение, рассмеялась.
- - Похоже, твои чары сильнее оков Прародителя.
Я успел убедиться - тебя очень трудно удержать в
руках, - Криди улыбнулся. Синяк и отголосок
электрической боли еще напоминали, что с ног его
свалила незнакомка, которую он в темноте принял
за дочь Тимора. От такой мысли становилось смешно
и неловко.
- - Чудес этой ночи мне хватит надолго. И
некоторые были приятны, - сказал легат, не отводя
взгляда от Эвис. - Я до сих пор жив. Дочь Тимора
по-прежнему под защитой Аорга. И Верхний храм
получил урок, который должен запомниться. Будет
завтра сплетен!
- - Эта ночь еще далека от благого конца, -
заметил Грачев и, обратившись к хронавту,
спросил:
- - Биорегенератор, надеюсь, при тебе? Тогда
идем. Норн ждет тебя с особым нетерпением.
- - Постой, северянин, - Эги поднялся на
ступень, как бы преграждая выход из колоннады. -
Ты славно помог нам. Но все это слишком странно...
О том, что мы будем у Верхнего храма, знали только
мы вдвоем с Криди. Как ты разыскал нас?
- - Я искал не вас, аттлиец. Надо думать, что
кто-то из нас четверых близок богам. Считай, что
так, а на остальное тебе ответит Дом Асты.
- - Аорг не может прятать дочь правителя в
святилище. И если бы она была там, то я узнал бы
первым. - Теперь, когда Эги мог все спокойно
осмыслить, его начали одолевать серьезные
сомнения. Он быстро вспомнил события
предшествующих дней, тайные послания Аорга,
угрозы, метаемые Тимором в Дом Асты, слонявшихся
там соглядатаев, и упрямо повторил:
- - Ардеи не должно быть там. Как ты докажешь
нам обратное?
- - Как докажу?! Может, мне поклясться на Камне
Прародителя?! Нет? В таком случае, разыскивай ее
по своему разумению. Идемте, Эвис Русс! - Андрей
нетерпеливо взял ее руку и, обернувшись к аргуру,
сказал:
- - Твое имя, Криди она произносила в бреду. Не
знаю, кто ты для нее, но мой совет: поспеши - жрецы
считают ее недуг опасным.
- Через минуту Грачев пожалел, что сказал об
этом: теперь для двоих ополчившихся аттлийцев
пришлось пояснять много большее. Он умолчал о
Черном Огне и скорбных речах Аорга, но само то,
что Норн решился обратиться за помощью к
посвященным Ины, произвело ошеломляющее
впечатление. Под конец, когда они подошли к
пропилеям, начинавшим путь от Илодовой дороги к
Ступеням, он не выдержал более сумасбродных
домыслов Эги и сказал:
- - Не донимай меня больше этим! Подумайте, как
быстрее достигнуть святилища и избежать всяких
нежелательных встреч.
- - Наши кони у владения Сорга. Там, - Криди
указал в сторону заслонявших звезды исполинских
пилонов. Там слышались чья-то пьяная ругань и
топот коней ночного разъезда.
- - Тогда нам придется двигаться через Илодов
мост: стражи не всегда продаются за золото. Хотя
вы, верно, богатые люди. - Андрей мрачно улыбнулся.
- - А у тебя злой язык, - Эги тоже усмехнулся. -
Ты не догадываешься, кто я? - Он откинул плащ и
показал знак на нагруднике.
- - Наверное, не в пример мне, лицо серьезное.
- - Под моим началом Лантийский легион:
гвардейцы правителя и те самые городские стражи.
И высочайшего аргура Криди никто из смертных
здесь не способен остановить.
- - О, да! Признаю знакомство полезным, - Грачев
хотел сказать что-то язвительное, упомянув
Этархи, но передумал.
- Скоро они вышли к дому какого-то вельможи.
Эги еще с улицы подал знак коротким свистом, и
расторопный юноша вывел со двора лошадей.
- - Смелее, северянин, - пригласил Криди. - Этот
конь вполне выдержит нас двоих.
- Эвис устроилась на коне легата, и они
пустились в стремительную скачку по улицам
ночного города.
- Хотя истекал третий шаг Луны, в святилище не
знали покоя многие. Даже в нижнем зале горели
огни, словно служба не окончилась, на террасе
была заметна суета жрецов.
- Узнав Эвис издали, Ари выбежал навстречу, но
когда за хронавтом появилась могучая фигура
Криди, юноша истинно растерялся и, провожая их в
жилище Асты, то и дело оглядывался на аргура и
повторял имена богов.
- Под серебристыми звездами свода все так же
витал горьковатый дым. На постаментах горели
огни, бросая отблески на светлые плиты пола. Аорг
сидел у ложа, словно навеки простившись со сном.
Увидев первыми Эги и Грачева, он устало поднял
голову. Только появление Криди оживило его, и он
вскочил навстречу мореходу.
- - Ты пришел! Не верю глазам, Криди! Прошло то
сколько!..
- Оба мужчины обнялись, но вид умиравшей
быстро охладил их. Аргур, легко отстранившись,
подошел к застланному шерстью постаменту,
склонился над возлюбленной и робко поцеловал ее.
Свитки с заклятиями, отводящие беду каменья,
разбросанные рядом с ее телом, наполнили его
сердце ужасом.
- - Да, аргур. Проклятие Верхнего храма, -
подтвердил его догадку Норн. - После захода
солнца она не приходила в себя.
- - Она так ждала тебя! - Губы Аорга сжались, по
морщинистой щеке потекла слеза. - Кфилия, сделай
же что-нибудь! Неужели Силы Земли не подвластны
Великой Матери - самой земле?! Верни ее!
- - Великая Мать не управляет излияниями
первой природы. Все вы ищете сходство в словах, -
жрица Ины качнула головой, отступила к стене. -
Быть может, на рассвете...
- Взгляд Норна был обращен к Эвис. В его глазах
хронавт читала мольбу и страх, она также
испытывала страх, уяснив у дверей, что дочь
Тимора поражена таинственной силой древнего
Дома.
- - Действуйте, Эвис Русс. - Грачев подтолкнул
ее вперед.
- Подойдя к Ардее, хронавт сняла с нее тонкое
покрывало и остатки одежды. Еще не прикоснувшись,
она ощутила странный холод вокруг. Нет, это было
не присутствие Цио, а скорее лишенная всякого
выражения пустота, беззвучно и бесследно
уносящая мысль о жизни, пожалуй, растворявшая
саму смерть. Подбирая по привычке аналогию, Эвис
представила индийскую пракрити, вдруг лишенную
двух первых гун и явившуюся лишь безразличной
Тамас. Ощущая гибельное влияние на себе, она с
ужасом подумала, что темная искра может
коснуться ее самой, в любой миг порвать зыбкую
границу и вырасти до невообразимых пределов, и
только полный надежды взгляд Норна отрезвил ее.
- Несколько минут хронавт настороженно
ощупывала ее тело, приподняв веки, смотрела в
зрачки. Затем она достала биорегенератор.
Сосредоточенно исследуя поле, Эвис водила
пластиной сверху вниз, прижимала ее к запястьям,
точкам шеи, груди и живота, но цвет экрана
оставался багряным: ни одна из зон не вступала во
взаимодействие с прибором. Она снова и снова
искала малейший ответный всплеск на всем широком
спектре живых полей, но цвет индикатора не
менялся, словно девушка, не умирая, давно была
мертва. Не в силах объявить приговор перед
аттлийцами, Эвис сказала на понятном одному
Грачеву языке:
- - Это смерть, Андрей. Я не знаю, что
происходит. Ее токи еще не иссякли, но они в плену
у неизвестных мне сил. Они будто уходят в никуда.
Биорегенератор эффективнее реанимационных
комплексов XXI века, - я бы могла бороться против
любого недуга, но здесь я бессильна!
- Без всякой надежды, механически манипулируя
пластиной, она обратила взгляд на Голубую
Саламандру, лежавшую у изголовья. Теперь ей
казалось, что льдистые искры на кристалликах
инкрустации имеют оттенок, совсем не схожий с
блеском безукоризненно точной копии; как будто и
здесь довлела бездушная власть Тамас.
- - Что же это за Черный Огонь? - негодуя,
воскликнула она. Вдруг биорегенератор пискнул,
индикатор померк, цвет его стал меняться к
зелено-желтому. Эвис повернула пластину и,
выдвинув острие, быстро вживила его в четвертый
акупунктурный узел - вздох Ардеи, словно
живородный ветер, передался остальным. Теперь
прибор вступил в тонкое взаимодействие с
организмом девушки; точно рассчитанные импульсы
делали эту связь все более устойчивой. Прошло еще
около получаса, когда Эвис смогла уверенно
объявить:
- - Несите жертвы на алтарь! Радуйтесь! Она вне
опасности!
- - Хвала тебе, дочь великого народа! -
воскликнул Норн. - Мы надеялись!.. И ты сотворила
чудо!
- - Чудо, перед которым меркнут любые
волшебства Аттины! - вторил Аорг, глядя на нее
полными огня глазами.
- - Возможно, в чуде повинна не я, - ответила
она. - Завтра я повторю процедуру. А пока не
тревожьте ее. Сон должен быть крепким.
- Поднявшись в маленькую келью, оставленную
ей по обыкновению Норном, Эвис отдернула штору и
остановилась у окна. На востоке звезды блекли,
яснее проступали черные свечи кипарисов. Бурная
радость аттлийцев, выплеснутая на нее, будто
смыла великое безумие этой ночи, в которой было
так много случайных Чисел и ликов разных богов -
все будто возникло, вскружилось и исчезло, но
хронавт не могла забыть мертвый покой пустоты у
изголовья обреченной, скорбного шепота жрицы
Ины.
- Она слышала, как вошел Грачев и разжег
старый коптящий светильник. Он долго дожидался,
пока она повернется к нему, потом сказал:
- - Ты мрачна, как дождливая туча. Будто с
Ардеей обошлось… Ты здесь, а Дом Атта, в
некотором смысле, получил урок. Объясни мне.
Может, я поступил неразумно?
- - Глупый. Я бы погибла без тебя. Я думаю о
другом, Андрей. Как я уже сказала, биор был
бессилен. Нечто другое спасло дочь Тимора. И меня
это очень пугает. Ты не понял?
- - Не совсем.
- - Верхний храм обладает силами, неизвестными
через шестнадцать тысячелетий. Как и Эспр Хик, да
почти весь Совет, ты не принимал мои выводы
всерьез. Но теперь ясно: Черный Огонь не миф. Я
видела его настоящую искру!
- Она оказалась права. Не техника далекого
времени, а Тарг, сам верховный жрец высокого дома,
защитил дочь Тимора от неминуемой гибели. Усилия
Эвис лишь стимулировали ее возвращение к жизни.
- - Темные силы Земли, - продолжила хронавт, -
часть их, некое звено, что уносит в никуда
энергетику живого - это нечто, не вписывающееся в
известные нам законы. Какой-то
энергоинформационный коллапс на самом верхнем
уровне. Нужно найти истоки сакральных знаний
Аттины.
- - Хорошо. Рано или поздно мы докопаемся до
основного “колдовства”. Если слуги Атта стали
твоими врагами, мы найдем способ добраться до
аоттов. Ты удовлетворена?
- - Я не знаю, что ответит Земля Облаков.
- - Верно. Это - дело следующих дней. А сейчас ни
к чему углубляться в мистику. - Андрей подошел и
легко обнял ее. - Есть более реальные чудеса, Эвис
Русс. К тому же они приятны. - Он с удовольствием
ощущал ее гибкое тело и не хотел думать ни о чем
другом. Глядя в ее широко открытые глаза, он нашел
вздрогнувшие губы, потом подхватил ее и повалил
на подушки.
- - Оставь! - задыхаясь от поцелуев, Эвис
отстранилась. - Прошу, не сейчас! Я мечтала о тебе
там, когда всходила Луна. Теперь я - уставшее,
измученное существо. Пожалуйста, оставь меня!
- - Ты - лучшее из существ. Сегодня я убедился в
этом сполна. Сегодня так много было всего... -
Грачев разжал руки, близко разглядывая ее лицо, -
... много, что я потерял привычное равновесие.
Когда они увезли тебя, я подумал, что это затея
Этархи. Помчался к нему и был готов вспороть
мерзавцу брюхо.
- - Этархи?
- - Да. Ведь он опустился до извозчика.
Разумеется, не из благих побуждений, а из
вожделения к тебе. Я был почти в бешенстве; ночные
гости Абаха, Ардея и Верхний храм - все это
отступило для меня на задний план.
- - Мой хранитель, ты тоже пережил непростые
приключения! Как странно от такого сдержанного
мужчины слышать подобное откровение! - Перебирая
в пальцах жесткие волосы, Эвис приблизила его
лицо и поцеловала. - Что же спасло аргура?
- - Поскольку ты меня изгоняешь, самое
интересное узнаешь нескоро.
- - Прости, но я действительно устала.
- - Тогда, прежде чем я уйду, хочу оставить
несколько слов...
- - Говори же скорее. Первый шаг Солнца -
начало, но и память Ины.
- - Я безмерно счастлив, что “БЕЛАКСИКА”
соединила меня с Эвис Русс - желанной из всех
существ в двух мирах.
- - О, боги! Какие речи на рассвете! Если твой
пресловутый здравый смысл не вернется к тебе, ты
еще сможешь повторить это много раз. Иди с покоем!
- На следующий день невероятно искаженная
вымыслом история погрома в Верхнем храме
передавалась на рынках и площадях. Там можно было
услышать о злом волшебстве аоттов, сошедших
богах и о святотатстве соадамян. Все это было
настолько бредово, что молва о пожаре, будто едва
не погубившем великий Дом, сотнях убитых и
раненых, казалась мелочной, совсем недостойной
внимания. Грачев-то знал, что живописуемый пожар
заключался в недолгом горении пролитого масла,
вряд ли вредного твердокаменной цитадели, а
слуги святилища были больше напуганы внешним
эффектом разрядов ИПС, чем пострадали в
действительности. Однако он знал еще, что руки
Тарга достаточно длинны и гибки, и вряд ли
благодарный аргур Криди да начальник
Лантийского легиона были способны уберечь их от
мести самого могущественного святилища Аттины.
- Возможно, Грачев излишне перестраховывался,
превратив Эвис на этот раз в узницу Дома Асты и
всячески распространяя слух, будто она отплыла
первым же кораблем в Иору, но была в том и
кое-какая польза: сам Этархи поверил ему и послал
своих людей в порт. А Эвис в этот день
окончательно утвердилась, что единственный
разумный выход - как можно скорее отправиться к
Земле Облаков. Для Норна ее решение не было
неожиданностью, но оно весьма удивило Криди. Он
внимательно выслушал ее пояснение и доводы
Грачева, потом сказал:
- - Если ваши непростые вопросы могут решить
лишь аотты, и это настолько необходимо, что вы не
цените свою жизнь, я обещаю помочь всем
возможным. Только подумайте еще раз, зачем так
спешить с отъездом?! Я не хуже других знаю, что
такое дорога на край света, и нет большой разницы
- совершать ее по морю или по суше, если впереди
туманная неизвестность. Вам лучше подождать
Арума и расспросить обо всем его, чем полагаться
на рассказы людей, чьи дороги туда давно забыты.
Еще вы доверяете книгам, но не думаете, что они
могут быть лживы. В таком деле необходима
уверенность - дождитесь Арума.
- - Нет, Криди. Никто не знает, когда вернется
Арум. И еще я думаю: не стоит сравнивать
неспокойное море с твердой землей. Все это время
мы только и делали, что готовились уйти отсюда.
Пусть не обидят тебя мои слова, но задержаться в
Аттле я предпочел бы в другое время.
- - Пусть так. Но, полагаясь на эту старую
карту, вы решили ехать через Ильгодо?
- - Почти той же дорогой, что ушел Арум, -
подтвердила Эвис. - Это единственно возможный
путь для двух скитальцев, желающих держаться
подальше от людских поселений.
- - Вы могли бы отправиться в Мемфу и с началом
сезона дождей подняться с торговцами до Страны
Единорога. Наконец, я могу снарядить корабль,
который доставит морем к любой бухте
северо-восточной оконечности.
- - И оттуда не менее опасный путь через земли
злых иетсинцев, с которыми меня объединяет
только цвет волос, - усмехнувшись, Грачев
повернул пергамент. - А горы, необозначенные на
карте? Нет, аргур. Благодарю за заботу. С
мемфийцами нам тоже не улыбается. Это большой
крюк на запад, и, насколько мне известно, до
разлива Рустма еще более двухсот дней. За это
время мы легко достигнем страны аоттов и трижды
обойдем все семь Сфер Ланатона.
- - Если вас не приметят демоны и не лишат
разума злые токи, - сказал до сих пор молчавший
легат. - Ты знаешь, как мало стоит человеческая
жизнь в тех диких пределах. Даже великий Эрди
рассказывал о постигших его бедах словами,
похожими на слезы.
- - Мне известны старые легенды. Как ты видел,
против демонов у меня есть оружие, легко
поражающее крупного слона или самого Эрхега.
Кроме того, у меня имеется опыт жизни в таких вот
диких местах. Думаю, наши проблемы начнутся
многим позже: когда мы достигнем земли обитаемой
и, разумеется, перед дверью сторожа Хорв.
- - Похоже, вы все обдумали, и нет смысла вас
отговаривать, если это дело действительно
важное, - сказал Криди. - В любое время вы получите
лучших коней, надежных воинов в спутники и все,
что потребуется.
- Еще через два дня в канун Рождения Ины они
были готовы распрощаться с Аттлой, даже не
дождавшись пышных торжеств Великой Матери. С
дружественными аттлийцами Грачев и Эвис
прощались, как со старыми друзьями, устроив по
обычаю небольшое пиршество в храмовом саду. При
свете звезд они просидели особо долго, пробуя
вино северных виноградников Криди и слушая
наставления Аорга, возомнившего, будто истории о
стране аоттов ему известны лучше, чем старожилу -
Норну.
- В тот вечер Ардея была как никогда
молчалива. Укутавшись в шерстяной плащ, она
сидела, прижавшись к Криди и с затаенной грустью
глядя на свою спасительницу. Уже потом, когда все
собирались подняться в святилище, она отвела
Эвис к дальней беседке и сказала:
- - Прости, если моя речь покажется тебе
бредовой... Ты встретишь там Арума, так должно
случиться - я знаю. Тогда скажи, что ему нужно быть
здесь. Проси его от меня, чтобы он скорее
вернулся! Я боюсь за отца! Боюсь за наш Дом! Не
пойму, что происходит. Может, все это сны Голубой
Саламандры, которые так странно толкует Аорг. Но
я знаю: если он не вернется до Торжества Начала,
то вместо него придет беда! И даже Криди не сможет
помочь! Скажи ему, что в опасности наш Дом!
- - Понимаю, - сказала Эвис. - Тебя сильно пугают
мысли об отце и эти события, похожие на
несбывшуюся бурю. Если только наши с Арумом пути
пересекутся, я найду, что ему сказать.
- - Ты можешь подумать, что я безумна, что
болезнь еще мутит мой разум... Что бы ни случилось,
я всегда буду называть тебя сестрой и ждать, даже
если придет самое печальное время. Время, которое
я, кажется, видела. - Ардея взволнованно сжала ее
руки, потом спохватилась, сняла диадему и
протянула ее Эвис. - Возьми. Она должна быть с
тобой, раз уж ты поставила ее тайну выше, чем
покой и человеческое счастье.
- - О, нет! Я знаю, как она дорога тебе!
Пожалуйста, не настаивай на таком подарке! - Эвис
обняла ее, как сестру, но принять дар отказалась,
хотя потом пожалела об этом тысячи раз.
- Рано утром три десятка всадников исчезли в
пыли мемфийской дороги. Вернувшись в город, Криди
принес обильные жертвы, отдавая путников под
защиту вечных. При этом самый богатый дар он
возложил на высокий алтарь Атта. Стоя рядом с ним,
Нуарг шептал заклятия, а Эги, ослепленный блеском
изумрудных глаз, молил, чтобы дорога в
неизвестные пределы имела обратный конец.
-
- - Что откроешь мне, входящая в сны? - спросил
Тарг, заслышав тихие шаги.
- - Открою... - жрица поднялась на последнюю
ступень, и теперь они стояли вдвоем на узкой
площадке, парящей в густом воздухе среди звезд. -
Перед нею длинная тропа на краю пропасти, где
Нания. Как легко упасть туда. Один, Три, Семь -
всего почему-то двенадцать. Двенадцать знаков
стихий. Двенадцать демонов - непризнанных сынов
вечных. Потому что всходит Солнце и есть Земля.
Потому что звезды глядят на тебя из тьмы, эта
мудрость хорошо известна тебе. Прибавь еще,
великий жрец, и ты обретешь новое число. Но
оттолкни ее, и ты восстановишь желанный всем
покой. - Кефра обвила его шею горячими руками.
Грудной волнительный голос продолжил:
- - Не играй с ней, прошу! Ты ведь знаешь, эти
кости не мечены! Они даже неизвестны нам! Ты
держишь судьбу мира, пока счет Чисел неверен. Но
вот пришла чужая со своим проклятым порядком!
Прошу, не играй с ней, разумный! Есть игры попроще:
святилище в Тарах, близкая покорная Аттла... Есть
Ардея, которая, похоже, не нужна никому.
- - Мне нужна ее диадема, - неожиданно сказал
Тарг, и жрица увидела, что его глаза следят за
плывущей над горами звездой.
- - Да, поэтому! - подтвердил адепт, чувствуя,
как заметалось в груди ее сердце. - Один, Три, Семь
могут стать другим, но и это не полный ряд
превращений. Магия оттенков всегда возвышалась
над ремеслом цвета. Те, посвященные в начала
ремесла, наивно полагают, что Лед и Пламя
наполняют пространства жизни. Но в третьем
растворены они, ему принадлежат. Их бесконечная
непредсказуемая пропорция - только один из
рисунков сущего. Лишь глупцы ищут смысл в
абсолютном, тужатся объять его, но хватают лишь
пустоту. Мне нужна диадема, Кефра! Смотри, смотри,
как летит та звезда среди мириад, неподвижных в
своем великом созерцании! Думаешь, она спешит за
ответом? Нет, она стремится к краю пропасти.
- - А ты спешишь сказать ей?
- - Я просто смотрю.
- Когда жрица отвела взгляд, жрец беззвучно
смеялся. Отныне они оба знали, зачем нужна
диадема... далее
